Юрий Колкер

ЕВРЕЙСКАЯ ГОДОВЩИНА В АНГЛИИ

(2006)

Триста пятьдесят лет назад, в 1656 году, лорд-протектор Англии Оливер Кромвель разрешил евреям вернуться в страну. Что двигало этим человеком? Либералом он не слыл. Внешнеполитическое положение Англии в это время — хорошее. Еще некоторое усилие (еще две англо-голландских войны), и Британия начнет «править над волнами». Однако внутри страны — экономический кризис. Только этим и можно объяснить решение Кромвеля, человека жестокого, но христианина ревностного. Он, в отличие императрицы Елизаветы Петровны, хотел «интересной прибыли от врагов Христовых». Хотел — и впустил евреев в страну; поначалу — всего триста человек.

Невозможно проследить вклад евреев в быстрое возвышение Британии, но этот вклад был. Для войны нужны деньги. Лучшими финансистами и купцами средневековья были евреи. Торговля, особенно честная, приносит больше, чем золотые прииски. Но едва ли не важнейший выигрыш для британцев и всего мира состоял в том, что страна перестала быть моноконфессиональной. Последующие гражданские свободы в Британии прямо связаны с этим внезапным проявлением веротерпимости свирепого республиканского вождя.

Изгнали евреев из Англии в 1290 году. Причины тоже были экономические: к моменту изгнания возвышаются города, живущие торговлей; обостряется конкуренция.

География изгнания евреев из стран Европы — своего рода карта экономического состояния этой части света. Первыми действуют самые передовые страны: Германия (1012), Франция (1182). Знаменитое изгнание из Испании в 1492 году совпало с открытием Нового света. Занятно, что инициатор этого изгнания, первый великий инквизитор Фома Торквемада, сам был из семьи конверсос, крестившихся евреев. С завершением Реконкисты в 1492 году нужда в еврейских деньгах для ведения войны отпала, и правящая католическая чета, Изабелла Кастильская с Фердинандом Арагонским, выдворила из страны 170 тысяч своих верных подданных — купцов, финансистов, врачей, архитекторов, чиновников, полководцев. Выдворили — и немедленно оказались в финансовой зависимости от капиталов немецких и генуэзских. Из Нового света вскоре хлынуло в страну золото, но мощь только что возникшей и поначалу блистательной Испании уже через полвека пошла на убыль.

Россия с изгнанием евреев опоздала, но отыгралась за счет черты оседлости. Большую еврейскую общину Россия получила после первого раздела Польши в 1772 году. Купечество Петербурга, Москвы и других крупных городов немедленно стало нести убытки; еврейские товары были дешевле и лучше. И вот в 1791 году Екатерина запретила евреям жить в городах Великороссии — тем самым защитив интересы купцов, а не потребителей.

Сказалось ли решение Кромвеля на культурной физиономии страны? Говорят, Черчилль, будучи как-то спрошен, отчего в Англии нет антисемитизма, ответил, что англичане не завидуют евреям, не считают себя глупее и хуже евреев. Первым делом возразим Черчиллю: антисемитизм в Британии есть. Последовательный христианин не может не чувствовать некоторого отталкивания от народа, объявленного избранным в Ветхом завете, а в Новом — лишенного этого избранничества в пользу христиан. Обе священные книги порождают в христианах особое отношение к верующим евреям; это неизбежно и правильно. Вторым делом согласимся с Черчиллем: антисемитизма в Англии нет в том смысле, что он тут — нормальный. Всегда оставался религиозным отталкиванием, никогда не принимал формы зоологической ненависти российской черни, нигде больше в мире не известной, — ненависти, подогреваемой тайным ужасом перед евреями и как раз вот этим подозрением: что евреи — лучше, умнее.

Прав Черчилль и в другом: англичане, британцы — с полным основанием могут не завидовать ни одному народу, включая евреев. Эта страна, этот народ — состоялись как немногие страны и народы на земле. Слава британцев — не в еврейских именах. Здесь не было ни Спинозы, ни Эйнштейна, ни Мандельштама. Величайший физик-теоретик всех времен и народов — Ньютон — англичанин. В экспериментальной физике никто (даже Капица) не превзошел талантом Фарадея, тоже англичанина. Гигантов еврейского происхождения — не видим.

Людей очень больших — найдется немало, но почти все они — не уроженцы Британии, а это меняет картину. Первым по значению идет философ Людвиг Витгенштейн. Он, в сущности, одного роста с гигантами, но большинство считает его австрияком, поскольку он родился в Вене, — как и другой философ, Карл Поппер, тоже натурализованный британец из евреев. Артур Кёстлер, писатель и мыслитель, родился в Будапеште, скрипач Иегуди Менухин — в Нью-Йорке, философ Исайя Берли́н (да-да: фамилия эта произносится с ударением на втором слоге) — в Риге. Дирижер сэр Джордж (на самом деле: Дьердь) Шолти, как и Кёстлер, родился в Будапеште. Из тех, чьи имена на слуху, только писательница Мюриэл Спарк — уроженка Британии (Шотландии), но она — столько же итальянка, сколько еврейка.

В XIX веке самой заметной фигурой был крещеный еврей Бенджамин Дизраэли, граф Биконсфилд, любимый премьер-министр королевы Виктории, вождь тори. Он увековечил себя словами: «Есть ложь, наглая ложь и статистика», а также несколько преувеличенной ненавистью, которую питал к нему Достоевский. Евреем Дизраэли считался только в России.

Финансистов вообще исключаем из рассмотрения. Они были и есть. Отметим только, что британские Ротшильды, столь заметные в XIX, сейчас не попадают в первые три десятка богатейших людей Британии. Рок-певец Пол Макартни нажил за свою жизнь гораздо больше их суммарного наследственного капитала.

В качестве курьеза отметим, что и капитан неудачливой футбольной сборной Англии Дэвид Бэкем (в России его упорно называют Бэкхемом) тоже технически (как сам он выражается) еврей: получил еврейские гены по материнской линии, то есть в любую минуту может получить израильское гражданство.

Но этого рода генеалогические раскопки не служат правде. Евреи жили и живут во всех европейских странах, их гены рассеяны повсюду. В Испании, говорят, каждый второй человек — с еврейской примесью, что, конечно, ни в малейшей степени не делает испанца евреем.

Еврейская община в Британии никогда не была большой; в наши дни она насчитывает около четырехсот тысяч человек — но, конечно, евреями здесь по-прежнему считаются только люди, исповедующие иудаизм. Консервативная Британия всегда отдавала должное еврейскому вкладу в культурную жизнь страны. Знаменитая фраза Черчилля — «Евреи маленький народ, но в каждом конкретном месте их почему-то много» — вовсе не антисемитская. Наоборот. В каких «местах» бывал этот писатель и политик? В университетах, концертных залах, больницах, благотворительных фондах, у адвокатов, в книжных магазинах и кинотеатрах. Понятно, что евреи бросались ему в глаза: они обычно — среди лучших специалистов. Фраза Черчилля — чуть-чуть насмешливая, спору нет. Зато Чарльз Мур, сегодняшний обозреватель консервативной газеты Дэйли-телеграф, говорит то же самое прямым текстом: «В среднем на еврея приходится больше творческой энергии, чем на любого из нас». Никакими комментариями эту фразу он не сопровождает. Британцу, который не глупее еврея, и так всё ясно. В народе, две тысячи лет назад лишенном права пахать, культурный отбор шел в сторону учености и комбинаторных способностей.

Британская консервативная печать последнего времени склонна противопоставлять евреев мусульманам. «Иудаизм никогда не был агрессивен. Евреи (читай: иудеи) всегда стояли за поддержание существующего порядка в тех странах, где жили», — подчеркивают благодарные британцы. Это, между прочим, отмечает уже знаменитый английский мемуарист XVII века Самюэл Пипс, чей Дневник имеется в каждом настоящем английском доме. В октябре 1663 года, через пять лет после возвращения евреев в страну, ему с величайшим трудом удалось побывать в лондонской синагоге. Еврейская служба Пипсу совсем не понравилась. Но вот что его удивило: в строгом распорядке еврейского богослужения оказалась обязательной молитва за короля. Лести и надежды на вознаграждения в этой молитве не было ни на йоту (никто до Пипса и не знал о ней); но она — обязательное установление иудаизма во всех странах и смысл имеет простейший: еврей не хочет политических потрясений. Христос, говорящий: «Кесарево отдавайте кесарю, а Божие Богу…», поступает как верующий еврей.

В этом правиле — молиться за существующую власть — ответ тем россиянам, которые винят евреев в революции и последовавших за нею ужасах. Еврей, не порвавший с еврейством, в революционеры не пойдет. Троцкий был стопроцентно русским — не только потому, что вышел из русских крестьян и родным языком считал русский, а в первую очередь потому, что (говоря словами Сталина) «великий человек принадлежит тому народу, которому служит». Культурная преемственность несопоставимо сильнее кровной. В 1921 году к Троцкому в Кремль явился главный раввин Москвы Яков Мазе — просить за евреев. Троцкий его оборвал словами: «Я не еврей, а интернационалист». (Чуть позже советская история доказала, что интернационалист в России — на деле русификатор, если не квасной патриот.) Яков Мазе ответил наркому: «Делают революции Троцкие, а расплачиваются за них Бронштейны».

июль 2006,
Боремвуд, Хартфордшир;
помещено в сеть 12 августа 2011

еженедельник ОКНА (приложение к газете ВЕСТИ), Тель-Авив, 13 июля 2006.

газета ДЕЛО №? (Петербург), октябрь 2006.

Юрий Колкер